Бен продвинулся еще немного вперед, пытаясь представить, где может находиться индеец. Когда Кид снова заговорил, вскинул ружье и выстрелил на звук.

Где-то за несколько футов от него Кид снова засмеялся и тоже выстрелил. Пуля пропахала борозду в траве перед головой Кауэна, обожгла ему палец. И вдруг он увидел овражек, всего в нескольких футах впереди, чуть правее. Он был глубиной в несколько дюймов, но вполне мог служить укрытием, к тому же дальше становился глубже.

Используя ружье как рычаг, Бен внезапным рывком бросил тело вперед и нырнул в овражек. Ружья не выпустил даже тогда, когда плюхнулся на дно.

Тут же, невзирая на сильнейшую боль в ноге, пополз дальше.

Услышав шум шагов в траве, он перевернулся на спину и вскинул ружье. Как только индеец прыгнул и оказался в поле его зрения, сразу же спустил курок. В то же самое время откуда-то слева раздался еще один выстрел.

Пули настигли Тонкауа в воздухе в момент прыжка; они отшвырнули его назад, развернули. Все же индеец попытался навести ружье на Кауэна, но еще две пули, выпущенные слева, добили его. Кид рухнул на дно овражка всего в нескольких дюймах от Бена.

Кауэн услышал стук лошадиных копыт и голос, громко распевающий:

Зачем я покинул кварталы Лоредо,

Когда доведется попасть туда вновь…

На краю овражка возникла лошадь, и ухмыляющееся лицо глянуло с высоты на Бена.

Это был Биджа Кэтлоу.

Глава 3

Кауэн открыл глаза и глянул на вечернее небо, где плыло несколько легких облаков, окрашенных в нежно-розовый цвет. Затем посмотрел на горизонт — там в наступающих сумерках вырисовывалась похожая на гребень прерывистая линия верхушек деревьев.

Вблизи послышался какой-то шорох; он повернул голову и увидел Старика Мерридью, стоящего у костра с чашкой кофе в руке.

— Никак очнулся или еще не совсем? — осведомился Старик и, не дожидаясь ответа, сообщил: — Парень, ты потерял много крови.